Яков Рюмкин, Семен Фридлянд, Исаак Тункель, Борис Кузьмин, Александр Узлян, Евгений Умнов / Ширпотреб. Советский костюм. 1951–1966

Из архива журнала «Огонёк»

Куратор: Анна Шпакова

Проект представлен музеем «Московский дом фотографии»

Ширпотреб. Революция советского быта Советский костюм. 1951-1966

Огонек, 1957, № 14, с.16

«Жить стало лучше, жить стало веселей». Эта сталинская фраза сопровождала homo soveticus с 1935 года; она была произнесена вскоре после отмены продуктовых карточек и символически обозначала конец голодомора. Зловещую окраску этому лозунгу придало то, что он сопровождал эпоху массовых политических репрессий, которая началась вскоре после временной победы над голодом.

В 1948 году жизнь советского человека в очередной раз «cтала веселей». Незадолго до Нового года правительство отменило карточки на продовольственные и промышленные товары. А значит, сукно и сапоги теперь можно было свободно купить в магазине (до этого их продавали по карточкам или на черных рынках). Широкая пропагандистская кампания сопровождала эту операцию по развитию экономики. Мастера советской фотографии принялись снимать полки магазинов, ломящиеся от товаров.

У этой условной свободы были свои границы. В тот же день Совет Министров ввел «нормы продажи продовольственных и промышленных товаров в одни руки», чтобы сбить энтузиазм спекулянтов. И эти «нормы» уже не были хорошей темой для наглядной агитации. Господин Дефицит правил советской торговлей: хороших товаров было мало.

Отмена карточек на промтовары обозначает начало советского общества потребления. Первый этап в его развитии длился чуть более 10 лет, с конца 1947 по середину 1958 года. «Хлопчатобумажные ткани — 6 м; нитки на катушках — 1 катушка; чулки-носки — 2 пары; обувь кожаная, текстильная, резиновая — по 1 паре каждой»: такое заклинание наизусть помнили простые советские женщины пятидесятых. Только в 1958 году были отменены эти нормы продажи «в одни руки». И началась новая эра.

Выставка из архива «Огонька» впервые показывает советскую потребительскую лихорадку середины прошлого века. Она представлена в том виде, в каком ее могли увидеть читатели: на снимках ведущих «огоньковских» авторов и в «модных» вкладках журнала. Все этапы новой потребительской культуры — от производства тканей до «веселой жизни» горожан были тщательно отсняты репортерами по заданию редакции. Конечно, на страницах ведущего еженедельника страны нельзя было ни найти следов потребительской лихорадки (очереди и даже драки из-за дефицита: «хватай, пока дают»), ни увидеть жизни «черного рынка» (спекулянты быстро приспособились к новой ситуации и перешли на новый заграничный товар). Это — официальная картина событий: яркий фасад советской потребительской машины. Машины по производству новых желаний.

«Как из рога изобилия, посыплются сувениры с широко известной 1-й Московской ситценабивной фабрики. Шестьдесят тысяч платков размером 50 на 50 сантиметров с рисунками двадцати видов. Сто тысяч косынок десяти различных расцветок. Миллион сто тысяч платочков-сувениров в ста вариантах. Сто тысяч «комплектов» тридцати вариантов для девушек. «Комплект» — это полуфабрикат, который станет изящной одеждой без помощи портних. На ситцевой ленте отпечатаны восемь секторов-клиньев и один треугольник. Вы сшиваете клинья в «солнце» — и юбка готова. Вы повязываете треугольником голову, и он превращается в гармонирующую с юбкой косынку.

Около десяти московских швейных фабрик приступили к шитью по 86 моделям, предложенным художниками Общесоюзного дома моделей. Это будут платья, выражаясь языком модельеров, «выразительные по силуэту», сочетающие в себе «декоративность», «жизнерадостность» и вместе с тем доступные по цене».

В. Полынин. К фестивалю!