Борис Михайлов / Исторические инсинуации

Персональная выставка Бориса Михайлова к 70-летию со дня рождения.

В залах RIGroup Мультимедийного комплекса актуальных искусств в ЦСИ ВИНЗАВОД

Борис Михайлов

Опыты телесности: между катастрофой и повседневностью

Выставка харьковчанина Бориса Михайлова, начавшего снимать в 1966 и отмечающего в 2008 свой 70-летний юбилей, представляет три серии работ разных десятилетий: «Сюзи и другие» (1960—1970-е), «Соленые озера» (1986) и «История болезни» (1997—1998).
Стилистические доминанты творчества Михайлова — телесность, повседневность и эпатаж — выражены во всех трех. Невыносимая повседневность явлена в «Сюзи и другие», серии малоформатных зарисовок с испражняющейся буренкой, поющим милиционером и натюрмортом с париком, тремя кильками и галстуком в горошек.
Экстатическое наслаждение разомлевших тел доминирует в «Соленых озерах» (фото-рассказе о Донбасском водоеме, питаемом в основном протекавшей заводской трубой, но почитавшегося среди населения за целительный источник).
Катастрофа выживания на постсоветском пространстве прочитывается в остро-социальной, трагически монументальной «Истории болезни» с портретами деклассированных…

Экспериментальное колористическое оформление всех трех серий суть продолжение опытов Михайлова с раскрашенными фотографиями из семейного альбома — «Лурики» (1960—1970-е) или монохромными синими и коричневыми военными сериями. Здесь сама техника становится носителем смысла: непрофессиональный цвет «Сюзи» говорит о повседневности, «Соляные Озера» эксплуатируют визуальность классической документальной фотосъемки, а гамма экспресс-фотографии разоблачает саму практику любительской фотографии, этого «среднего искусства» (П. Бурдье), с одной стороны пародируя ее, с другой — возводя до символа времени.

Опыты Бориса Михайлова с телесностью и обнажением (собственным, семейным или социальным), эксгибиционизмом и вуайеризмом как-то всегда перерастают простое желание запечатлеть обнаженное тело. И непонятно, чего здесь больше: позы или документа, позируют обнаженные бомжи или предъявляют на суд свои язвы и нарывы? И тональность Михайлова — не безумие радостной экстатичности Сергея Чиликова и не проблемная сексуальность Нан Голдин. Здесь телесность социальная — томно-пляжная («Соленые озера») или отталкивающе-низовая («История болезни») — явлена в широком диапазоне: от удушающей расслабленности до язвенной агрессивности.
Такая проблематизированная этичность, повседневный фотографический экстремизм с проблемной же визуальностью (техники «непрофессинальной» фотографии) и создают особое поле напряженности и узнаваемый стиль работ Бориса Михайлова.

Исторические инсинуации

Борис Михайлов родился в Харькове 25 августа 1938 года. Живет и работает в Берлине и Харькове. Один из самых знаменитых современных художников, работающих с фотографией. Лауреат самых престижных международных фотографических премий, в том числе премии фонда Хассельблад. Член Немецкой Академии искусств, приглашенный лектор Гарвардского Университета, Кембридж, Массачусетс.

Персональные выставки Бориса Михайлова прошли в крупнейших музеях и художественных институциях Европы и Америки, таких как: Музей Стеделийк, Амстердам, Кунстхалле, Цюрих, Фотомузей Винтертур, Музей современного искусства города Рима, Институт современного искусства, Бостон, Галерее Саатчи, Лондон и т.д. Его работы находятся в Метрополитен Музее, Нью-Йорк, Музее современного искусства Нью-Йорка, Музее современного искусства Сан-Франциско, Пинакотеке Модерна, Мюнхен, Музее Виктории и Альберта, Лондон и т.д.

На выставке «Исторические инсинуации» в залах RIGroup Мультимедийного комплекса актуальных искусств, приуроченной к 70-летнему юбилею художника, организованной при поддержке Mastercard, представлены три серии работ, связанные с разными периодами его творчества: «Сюзи и другие» (1960—1970-е), «Соляные озера» (1986) и «Отдых на Тенерифе» (2006).

Борис Михайлов начал снимать в 1966 году, на излете хрущевской оттепели, вскоре сменившейся брежневским безвременьем. Романтический порыв 1960-х разбудил в людях тягу к индивидуальному, личностному самопроявлению, загнанную глубоко внутрь во время десятилетий господства коллективистского «мы» над личностным «я». Но социальных ролей и реальных возможностей для проявления этого «я» в забюрократизированном советском обществе не оказалось. Более того, безликое «мы» вскоре снова стало социальной доминантой.

Физики и лирики уходили в горы, находя отдушину в бардовских песнях, а большинству для самоидентификации оставалось только собственная телесность. Фотограф с камерой фиксировал не только пронзительные знаки этого убогого в материальном смысле существования, в котором не было места для эстетического оформления окружавшей повседневности, но и томление по красоте и желание ее обретения. Такая фиксация могла принимать наивные формы, но иногда проявлялась и как обнажение табуированных и де-эстетизированных форм. В это время фотограф выступает вольным или невольным провокатором, запускающим перформансы, предполагающие самовыражение фигурантов, которые, возможно, в первый и последний раз почувствовали на себе внимание кого-то, кто готов вглядеться и вслушаться в их собственное «я», забитое монотонной безликостью их существования.

Экзистенциальное обнажение своих героев и окружающей их реальности Борис Михайлов запечатлел еще до того, когда эта эстетика с приходом Нан Голдин стала одной из основных парадигм современного искусства.

Борис Михайлов в своих ранних сериях виртуозно использует технику «наивного первого цвета», сравнимую с шедеврами Уильяма Эгглстона, которую только сегодня начинают заново переоткрывать мировое художественное сообщество. Прием как бы любительской съемки для личного дневника в начале 21-го века стал школьными азами. Борис Михайлов одним из первых открывает его для современного искусства, виртуозно пользуясь им не только в экзистенциальном, но и социальном аспекте, дистанцируя и проявляя тем самым законы взаимодействия личности и социума.

Проект «Соляные Озера» создается в эпоху перестройки. В это время пляж Донбасского водоема, питаемого протекающей заводской трубой, наполненной грязными выбросами и почитающейся среди населения за целительный источник, становится социальной метафорой. Тогда всем казалось, что где-то там за горизонтом, наглухо отгороженным от нашего мира берлинской стеной, есть озера с кристально прозрачной водой, есть люди с прекрасными и идеальными телом и душой без наших проблем, язв и болезней, которые мы начали открывать в эпоху гласности и углубленной саморефлексии.

В 2006 году появляется серия Бориса Михайлова «Отдых на Тенерифе». Скучающие, несчастливые и озабоченные лица, усталые тела пожилых обитателей европейского курорта ставят перед художником сорок лет спустя те же метафизические вопросы, которые волновали его в начале творчества.

Процессы глобализации обнаружились не только в триумфальном нашествии Макдоналдса, но и в очевидности подобия человеческих душ и тел. Безусловно, существуют и различия в человеческой природе, проявляющиеся в зависимости от географии и социального климата, но общность все же доминирует. Наверное, поэтому работы Бориса Михайлова оказались столь востребованы во всем мире, а в последние годы и в нашей стране, что было отмечено в 2003 году вручением ему премии за вклад в развитие современного русского искусства, а также его недавней выставкой в Музее Актуального искусства Art4.ru.